Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами

Рассказ очевидца имеет большущее значение. В почти всех случаях исключительно в нем милиция может отыскать ключ к раскрытию злодеяния. Если очевидец также опознает подозреваемого как человека, совершившего грех, то это будет достаточным основанием для ареста подозреваемого. В реальности, если в деле отсутствует очевидец, который мог бы опознать правонарушителя, то оно может быть Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами сочтено недостающим основанием для вербования подозреваемого к суду. Во время суда результаты свидетельских опознаний, обычно, создают сильное воспоминание на присяжных. В одном исследовании британских судебных дел было найдено, что в течение обычного года обвинительные приговоры были вынесены в 74 % дел, в каких единственным подтверждением вины были показания очевидцев (Loftus, 1979).

Показания Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами очевидцев являются сильным подтверждением, но надежны ли они по сути? В калифорнийском студенческом городе в один прекрасный момент на очах у 141 очевидца было инсценировано нападение на педагога института (Buck-hout, 1974). В тот же денек у всех очевидцев были получены показания под присягой, в большинстве которых были обнаружены Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами суровые некорректности, в том числе завышение оценок времени в среднем на 150%, переоценка веса нападавшего на 14 % и недооценка его возраста более, чем на 2 года. В целом при проверке мемуаров, касавшихся внешнего облика, одежки и действий нападавшего, точность показаний среднего очевидца составляла только 25 %. Через 7 недель только 40 % очевидцев смогли идентифицировать фотографию нападавшего в наборе Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами из 6 фото. Целых 25% очевидцев «опознали» в качестве правонарушителя ни в чем же не повинного прохожего, которого исследователи специально расположили на место событий!

В другом исследовании только 30% очевидцев инсценированной кражи верно идентифицировали вора всего через 20 минут после кражи, невзирая на то что вор неуклюже уронил сумку с украденными Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами продуктами прямо на очах у очевидцев на расстоянии нескольких футов от их, а перед тем как убежать, поглядел прямо на их (Leippe et al., 1978). Как он скрылся, его наружность испарилась из памяти очевидцев.

Такая ненадежность показаний очевидцев приводит к очень грустным последствиям. Записанно много случаев неверных обвинительных приговоров, основанных Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами на неверных опознаниях (Loftus, 1984). Грустной известностью пользуется дело об ограблениях, совершенных в 1979 году Бандитом-джентльменом вблизи от Уилмингтона, штат Делавэр. Этот похититель с манерами джентльмена нередко извинялся перед своими жертвами и обращался с ними в общем достаточно отлично — если не считать того, что он их грабил. В местной газете был размещен Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами фоторобот правонарушителя, составленный милицией на базе описаний, изготовленных потерпевшими. В полицию поступил анонимный телефонный звонок с сообщением, что на этот портрет очень похож католический священник отец Бернард Пагано. Отца Пагано арестовали и судили за ограбления. На суде семь жертв ограбления опознали его как похитителя, и обвинительный приговор Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами,

Рис. 8.2. Семь очевидцев признали отца Бернарда Пагано (справа) за Рональда Клаузера (слева), вправду совершавшего вооруженные ограбления и прозванного Бандитом-джентльменом.

Отец Пагано уже практически что был признан виноватым, когда Клаузер признался.

основанный практически только на показаниях очевидцев, казался неминуемым (Wrightsman, 1987). Представьте для себя, что ощутил священник, когда на одиннадцатом Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами часу судебного заседания вдруг поступило сообщение о том, что реальный похититель (уже сидевший в это время в кутузке за другое грех) сознался. Наверняка, отец Пагано до сего времени благодарит небо за свое расчудесное избавление.

Неверные идентификации можно разъяснить рядом причин. Тут нас заинтересовывают те нюансы общественного воздействия, которые могут быть Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами источниками грубых ошибок в показаниях очевидцев. Запоминание — это активный творческий процесс, в процессе которого то, что мы лицезреем либо слышим, может быть интегрировано с другими уже имеющимися у нас мемуарами и ожиданиями, также с более поздней косвенной информацией, содержавшейся в наводящих вопросах либо подсказках. Запоминание состоит из Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами 3-х отдельных шагов, на каждом из которых могут появляться преломления и необъективность. Поначалу информация должна быть закодирована (т. е. преобразована в комфортную для запоминания форму либо код), потом сохранена в определенной форме и в конце концов извлечена из памяти.

То, как мы убеждены в собственных мемуарах либо склонны к их пересмотру, может Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами зависеть от оказываемого на нас общественного давления. Таким макаром, полицейские, ведущие следствие, нередко могут оказывать влияние на мемуары просто при помощи особых приемов, применяемых ими при проведении допроса. Давайте поглядим, как это происходит.

Я последую за вами.Психолог-когнитивист Элизабет Лофтус провела много экспериментальных исследовательских работ, в Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами процессе которых показала, что на пер-

вый взор малозначительные особенности манеры задавать вопросы могут оказывать искажающее воздействие на содержание сообщений очевидцев о том, что они типо лицезрели. Опыты, поставленные ее группой, обычно проходили по последующей схеме: поначалу испытуемые глядят сцену, имеющую решающее значение (слайды либо видеозапись), а потом им задают вопросы Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами о каких-то подробностях этой сцены; исследователи систематически варьируют формулировку вопросов либо вводят испытуемых в заблуждение, искажая какую-либо деталь, и в конце концов инспектируют, поменяются ли мемуары испытуемых и будут ли в их включены эти подсказанные неверные подробности.

В одной серии исследовательских работ испытуемые смотрели слайд-фильм, запечатлевший Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами злосчастный случай, когда пешехода сбил автомобиль (Loftus et al., 1978). На одном из показанных слайдов испытуемые лицезрели автомобиль (красноватый «Датсун») рядом с желтоватым дорожным знаком «Уступи дорогу». После просмотра слайдов испытуемым был задан ряд вопросов, в том числе и критичный вопрос. Испытуемых из контрольной группы спрашивали, проезжала ли другая машина Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами мимо красноватого «Датсуна», стоявшего у знака «Уступи дорогу». Испытуемым из другой группы задавали тот же вопрос, но в него была включена неверная информация: символ «Уступи дорогу» был заменен на символ «Стоп». В предстоящем, когда испытуемых просили идентифицировать слайды, которые они ранее лицезрели, большая часть из введенных в заблуждение испытуемых Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами избрали слайд, где «Датсун» стоял около знака «Стоп». Содержавшаяся в вопросе вербальная информация, по-видимому, стала частью зрительных мемуаров испытуемых из группы, в какой задавался вводящий в заблуждение вопрос.

В свете этих увлекательных результатов, которые молвят о том, что можно влиять на мемуары при помощи всего нескольких Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами слов, задумайтесь, сколько существует событий, содействующих тому, чтоб посреди вопросов, которые задает на допросе полицейский, оказались наводящие вопросы. При расследовании злодеяния полицейские (полностью естественно) построят версию того, что вышло, и придут к заключению, что определенные вещи «должны были иметь место». В вопросах, данных очевидцу, эти умозаключения могут предполагаться как Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами факты. Если очевидцев несколько, то полицейский следователь может включить информацию, полученную в процессе допроса первого очевидца («У похитителя на руке была татуировка»), в вопросы, которые он задаст второму («Вы увидели, какая надпись была на татуировке?»). Направьте внимание на то, что в вопросе, обращенном ко второму очевидцу, уже предполагается Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами наличие татуировки. В ситуациях, когда очевидцев несколько, появляется также риск нормативного давления, подталкивающего к конформности («По словам других 2-ух очевидцев...»). Может быть, вам придет в голову, что в интересах справедливости было бы лучше, если б различных очевидцев допрашивали различные полицейские.

Может быть также, что четкие и на 1-ый взор невинные подсказки, находящиеся Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами в вопросах, могут оказывать суггестивное воздействие и искажать мемуары. Представьте для себя поначалу водителя грузовика, а позже танцора. Кто из их больше весит? Когда студентов попросили обрисовать незнакомца, который нерасторопно прохаживался по сцене во время лекции, их средняя оценка его веса была равна 172 фунтам, если во время допроса им Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами гласили, что это был шофер грузовика, и 159 фунтам, если им докладывали, что это танцор (Christiaansen et al., 1983). Не считая

того, если спрашивающий называл незнакомца «мужчиной», то средняя оценка его возраста составляла 27 лет, в то время как при использовании описания «молодой человек» эта оценка уменьшалась приблизительно до 24 лет. (Меж Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами иным, по сути незнакомцу было 19 лет, и он весил 140 фунтов.) Как говорится, «слово — не воробей...», и случается, что чьи-то неверные слова могут выслать человека за решетку.

На опознании.Сила внушения может не только лишь сформировывать вербальные ретроспективные показания очевидцев, она может также оказывать влияние на узнавание лиц и Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами готовность доверять туманному чувству чего-то знакомого. Привод подозреваемого «в участок» — это большой шаг вперед в работе полицейского, ведущего расследование. Последний принципиальный шаг, нужный для предъявления обвинения и возбуждения уголовного дела, — идентификация подозреваемого очевидцем. Потому полицейские очень заинтересованы в том, чтоб обеспечить опознание подозреваемого свидетелем-очевидцем.

Если полицейские не Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами проявят осторожности, то эта мотивация может стать предпосылкой поведения, которое влияет на очевидцев, что увеличивает риск неверной идентификации. Одной из возмутительных форм необъективности является неточное построение ряда для опознания. В эталоне ряд для проведения полицейской процедуры опознания должен состоять из подозреваемого и нескольких заранее невиновных подставных лиц, наружность Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами которых примерно соответствует описанию правонарушителя, данному очевидцами (Luus and Wells, 1991). Время от времени это правило грубо нарушается, и подозреваемый выделяется, как белоснежная ворона (см. рис. 8.3). В одном случае, который произошел в штате Висконсин, потерпевший сказал, что грех сделал чернокожий. Полицейские составили ряд для опознания из 1-го чернокожего подозреваемого и Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами 5 белоснежных парней и стали спрашивать потерпевшего, припоминает ли правонарушителя кто-либо из присутствующих (Ellison and Buckhout, 1981)!

Воздействие оказывается в более узкой форме, если употребляется предвзятая аннотация для опознания. Выражая уверенность в том, что правонарушитель находится посреди членов ряда, либо инструктируя очевидцев «указать, кто из этих 6 парней сделал преступление», не Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами упоминая при всем этом в очевидной форме о допустимости ответа «никто из них», полицейские оказывают на очевидцев, которые и без этого готовы к сотрудничеству, воздействие сходу нескольких видов. Полицейские предполагают, что подозреваемый находится тут и что вероятная вина подозреваемого доказана огромным количеством доказательств, собранных профессионалами. Но даже если не Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами принимать в расчет этого догадки, все равно внедрение предвзятой аннотации уменьшает возможность того, что на опознании очевидец отторгнет всех членов предъявленного ему ряда (т. е. не опознает никого). Некие очевидцы могут даже не осознавать, что таковой вариант вероятен; другие, может быть, не желают об этом спрашивать. В конце концов, в незнакомой обстановке Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами, где доминирует традиционная фигура представителя власти (полицейский либо детектив), некие очевидцы (невзирая на огромную неуверенность) могут подчиниться, «по Милграму», косвенному приказу полицейского и избрать из ряда человека, чье лицо покажется им более знакомым.

Рис. 8.3. Риск неверной идентификации растет, если в ряд для опознания не входят подставные лица, по описанию Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами похожие на правонарушителя.

Как же тенденциозные аннотации увеличивают риск неверной идентификации? Разглядим отлично известное исследование, в каком очевидцам инсценированного акта вандализма давали осознать или то, что хулиган точно находится посреди 5 человек, предъявленных для опознания (предвзятая аннотация), или то, что он только «может быть посреди них» (нетенденциозная Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами аннотация) (Malpass and Devine, 1981). По сути хулигана не было посреди членов ряда. Но 78% очевидцев, получивших предвзятую аннотацию, опознали невиновного члена ряда как хулигана. Для сопоставления отметим, что из очевидцев, получивших нетенденциозную аннотацию, ту же ошибку сделали только 33%. Этот настораживающий эффект «ложной тревоги», возникающей из-за предвзятой аннотации, был повторен в Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами исследовании, в каком очевидцы задумывались, что они по сути опознают реального вора для реальных полицейских (Hosch et al., 1984).

По законам многих, но далековато не всех штатов требуется, чтоб полицейские докладывали очевидцам в очевидной форме о том, что на опознании они могут отвечать: «Не могу сказать с полной уверенностью» либо «Никто Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами из присутствующих». Подозреваемому также предоставляется право, чтоб его юрист находился на опознании. (Кстати, у вас есть личный юрист, которого вы могли бы стремительно вызвать? У нас, к примеру, нет, и мы предполагаем, что практически у всех людей тоже.) В любом случае, исходя из убеждений предотвращения воздействия на очевидцев эти правила Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами являются хорошим началом.

Укрепление убежденности.Согласитесь ли вы с тем, что очевидцы, которые убеждены в корректности собственных мемуаров, возможно, более точны, чем колеблющиеся и неуверенные очевидцы? Звучит резонно, не правда ли? Все же исследования свидетельских показаний дали внезапный и принципиальный итог: нередко связь меж точностью и уверенностью показаний бывает Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами очень слабенькой (Deffenbacher, 1980; Wells and Murray, 1984). Очевидцы, которые дают не точно надлежащие реальности показания, обычно, испытывают такую же уверенность, как те, что дают четкие показания. Похоже, что на точность воспоми-

наний оказывают влияние не те причины, которые оказывают влияние на «уверенность в надежности воспоминаний». Более того, люди могут не Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами обдумывать, что их мемуары либо степень убежденности в этих мемуарах поменялись, либо не осознавать, какие причины вызвали эти конфигурации (Leippe, 1980). Как мы лицезрели в предшествующей главе, ментальные процессы, в итоге которых появляются осознаваемые мысли, не осознаются. В итоге конфигурации самих мемуаров и убежденности в их точности могут происходить Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами независимо друг от друга.

Разглядим последствия такового положения вещей. Применение определенных процедур допроса может содействовать усилению убежденности очевидцев, хотя при всем этом их мемуары о критичном событии либо человеке не становятся поточнее. К примеру, после того как вы узнали о самоатрибуции и когнитивном диссонансе, вас, наверняка, не изумит Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами, что очевидец может стать более уверенным в корректности собственного выбора на опознании, если его неприметно подтолкнули к такому выбору, дав предвзятую аннотацию? Когда выбор изготовлен, в особенности если это принципиальный выбор, из-за которого кто-то может попасть в кутузку, появляется необходимость в понижении диссонанса, вызванного принятым решением. А ограничивающее Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами свободу выбора воздействие предвзятой аннотации может остаться незамеченным благодаря базовой ошибке атрибуции: мы недооцениваем воздействие ситуативных причин и в то же время переоцениваем роль причин внутренних, в этом случае — убежденности в точности собственных мемуаров.

Повторные допросы могут также приводить к возрастанию убежденности. В процессе полицейского расследования очевидца могут допрашивать Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами пару раз. И при всем этом он вправду может вспомнить какие-то дополнительные подробности (Scrivner and Safer, 1988). Но может быть также, что в итоге повторного общественного доказательства собственных показаний уверенность очевидца в точности собственных мемуаров будет неоправданно возрастать (Leippe, 1980). Еще ужаснее то, что гипотезы, получившие поощрение следователя Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами, либо предложенные им во время первого допроса «недостающие элементы» на втором допросе очевидец может уверенно «вспомнить» как часть того, что он лицезрел своими очами (Hastie et al., 1978; Loftus et al., 1978). Самая надежная и самая информативная стратегия проведения полицейского допроса — поначалу получить от очевидца свободное повествовательное изложение фактов, т. е. очевидец Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами должен просто поведать о том, что случилось, а снимающий показания должен слушать его, не перебивая. Потом можно задавать более личные вопросы, заботясь о том, чтоб не «подсовывать» очевидцу подробности, которые кажутся следователю возможными, и чтоб у очевидца всегда была возможность ответить «я не знаю». Последующие допросы должны проводиться Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами в согласовании с этими же правилами и исключительно в случае необходимости.

Основная идея этого раздела заключается в том, что хотя без показаний очевидцев обойтись нереально, они в высшей степени подвержены межличностному воздействию. Нужно следовать процедурам, при помощи которых можно свести такое воздействие к минимуму — в особенности поэтому, что, как Показания свидетелей: но я видел это собственными глазами мы увидим дальше, присяжные относятся к свидетельствам уверенных внутри себя очевидцев с огромным, но не всегда заслуженным доверием. Сейчас давайте поглядим, как можно защитить еще одну категорию возможных мишеней воздействия — подозреваемых.


pokazaniya-k-rezekcii-zheludka.html
pokazaniya-podozrevaemogo.html
pokazaniya-svidetelej-no-ya-videl-eto-sobstvennimi-glazami.html