Пока еще очень горько на душе.


На траурной церемонии присутствовало 25 человек, трогательные выступления.
На поминках в кафе были бессчетные двоюродные, звучали очень теплые слова и мемуары. Об издании его стихов - это была основная тема моих хлопот. Мне обещали, и я думаю, что ничто не пропадет.
Очень надеюсь на нашего с Борисом одноклассника, Бориса Абрамовича (их дома в Пока еще очень горько на душе. Зеркулях рядом). У этих 2-ух Борисов была задумка издать одну на двоих книжку. Думаю, что предполагались и стихи о супруге Бориса Григорьевича Ольге, я об этом узнаю.
Буду держать связь с вами и с потомками Бориса Григорьевича впрямую и через его друга.

Галина Николаева.

Еще вчера…

Памяти Бориса Григорьевича Фрейлиха

Мы Пока еще очень горько на душе. повстречались намедни Троицына денька в «Пятерочке» - все дороги ведут сюда, как в Рим. Боря стоял у витрины овощей и гласил моему супругу, как смачна цветная капуста, жаренная в сухариках, грустил:

- Даже не буду брать, все равно, как у супруги не получится смачно.

Много уже лет прошло после погибели его Пока еще очень горько на душе. супруги. Но он всегда гласил о ней как о живой, будто бы все было вчера.

Еще вчера…Он был живой. Его сердечко тормознуло в родительскую субботу, не выдержало.

«Еще вчера…» написано на титуле сборника стихов Бориса Григорьевича Фрейлиха. Он подписал мне эту книжку полушутливо «Собрату по Пока еще очень горько на душе. перу Галине Ивановне». Братья по перу? Нет, я всегда была подмастерьем, а он Мастер.

Перечитываю его стихи и вдруг появилась «Кукушечка».

Я проживу на свете

Так длительно, как смогу,

И не считаю эти

«Ку-ку,ку-ку,ку-ку».

Смеется смерть-старуха:

-Беги, подстерегу,

И шёпозже на ухо

Скажу для тебя: Ку-ку

Вот и откуковала Пока еще очень горько на душе. для тебя, дорогой мой человек, зеркулевская кукушечка и захлебнулась. А он в ответ забавно:

Коль чего-нибудть на свете

Бросить я смогу,

Я посмеюсь над гибелью:

-Ку-ку!

И посмеялся над своею телесной гибелью, так как душа его была на недостижимой высоте духовного восхождения. А там погибели нет Пока еще очень горько на душе. – «рукописи не горят».

Он оставил нам свое завещание не в жанре проповеди, без поучений, без поучительного тона, а просто и просто исповедовался перед самим собой. Просто и просто доверял нам свое осмысление мира. А легкое дуновение исповеди росло в катаклизмах Арктики, ведь он по профессии инженер-гидрометеоролог. А Пока еще очень горько на душе. за этим стоит и одиночество на полярной станции, и труднейшие тесты в экспедициях, а главное, жизнь без близких и родных, без возлюбленного городка Ленинграда. Но конкретно Арктика растила в нем поэта. Слышите, вот она:

Шальной, разбойный посвист ветра,

Грустный плеск прохладных вод,

Но понемногу километры

Получали вес и плоть.

Я чувствовал всю Пока еще очень горько на душе. их громадину

Я смену ожидал - пора! Пора!

…Стихи – последняя отрада,

Стекали печальные с пера.

Рвение постигнуть себя было не обычным. Это было как схватка каждый денек за терпеливую работу. Выковывал нрав, читая русскую поэзию, изучая и образовывая себя.

Пурга вбивает воздух в гортань

Прохладным ломом ледяным,

Но я гоню собак упрямо,

Хлещу Пока еще очень горько на душе. кнутом по коренным.

Пусть снег глаза сечет,и легких

Я с кашлем выплюну куски-

Гоню упряжку через сопки

Я убегаю от тоски.

Гоню, гоню собак усталых,

Их проклиная и любя

И, может быть, за перевалом

Настигну себя самого.

Не могу налюбоваться твоим, Борис Григорьевич, «Майским вечерком в городке Певек». Для тебя тогда было Пока еще очень горько на душе. 47 лет. Сколько в для тебя было любви, счастья глядеть на солнечный закат.

«Солнце плывет над моею Чукоткой.

-Правда твоя, я не раз это лицезрел,

Но до сего времени я глаза не насытил

Умеренной красою полярного лета.

Сколько любви вмещала его душа. Люди и природа Чукотки становились ему родными Пока еще очень горько на душе.. Вот стихотворение «Южак». Это местное заглавие ветра. Но поэт увидел, что это не просто ветер, а театр, на который можно ходить и глядеть, удивляться и наслаждаться.

Дует ну и дует. Эко чудо –

Снежная, шальная карусель.

А когда-то чудилось – прекрасно.

Нежно-серебристая пастель.

Но отчего-то южак присмирел, - пеняет Пока еще очень горько на душе. создатель. Может, люди утратили способность созидать волшебство.

Может, мы с возрастом растеряли

Древнее с натурою родство,

И самих себя обворовали

Такое автоворовство.

Еще вчера, кажется, он был в Певеке - родине южака. Еще вчера, кажется, тянул упряжку вожак:

Собаки наши дремлют в снегу

За нартою, лежащей боком,

И старенькый чукча- мой каюр,

Пьет Пока еще очень горько на душе. чай, задумавшись глубоко.

Вздыхает, курит Кителькот

Морщины к носу гонит бровью.

-Вожак, но, не дойдет-

Сейчас опять кашлял кровью.

Вожак, умирая, рвался к передку упряжки. Погибает, но успевает протащить нарты еще две мили. И поэт восклицает:

Вроде бы желал я не ужаснее

Повстречать последний рассвет.

Поэт Борис Фрейлих повстречал собственный последний рассвет Пока еще очень горько на душе. в дорогой его сердечку деревне со гулким заглавием Зеркули. Конкретно тут в псковской деревушке он обусловит главные ценности людского бытия.

Я все таки жил в согласии с собой.

И главное – обожал, а это много.

И что с того - обожали ли меня,

Способность полюбить - ухмылка Бога.

Еще вчера Борис Фрейлих был Пока еще очень горько на душе. обитателем Красногородской волости, где его полюбили и считали своим и родным. Конкретно тут он отыскал собственный последний приют, «где о прошедшем и будущем он произнесет куцее: «Аминь!».

Прости, что так спонтанно появились эти мои строки:

Еще вчера «улыбкой Бога»

Ты грел всех без конца,

Но знают о любви незначительно Пока еще очень горько на душе. наши подсохшие сердца.

А ты накрыл так безыскусно

Волной любви наш тихий край…

Соль на горбушке хлеба – смачно!

Глоток колодезный – вот рай!

Дмитрий Игнатьев

Ароматны ночи в мае,

Зарницы далекие тихи.

А я один: сижу, читаю

Бориса Фрейлиха стихи.

И вижу то, что он узрел,

Душой гонимый по месту,

Что пережил и Пока еще очень горько на душе. что пропел

О красе, любви и всепостоянстве.

И в сердечко ранили меня

Стихи негромкие поэта.

Отыскали, как 1-ый лучик денька,

Как друг, ворвались без привета.

Собственный путь, отмеренный судьбой,

Прошел ты честно, без подколов.

Был не в ладу с тугой сумой,

А только накапливал любви ты крохи.

И Пока еще очень горько на душе. накопил, и даришь нам

Свои путные заметки,

Над миром суетным пройдя по тучам

И душу в небо отпустив из клеточки…

25.04.2009г.

P.S Читатель молодой через много лет

Перечитав твой томик, изумится

И понимает, почему не спится

И отрокам, и путникам на склоне лет.


pokazateli-fizicheskogo-razvitiya-i-polovogo-sozrevaniya-ih-vozrastnaya-dinamika-akseleraciya-i-retardaciya-rostovih-processov.html
pokazateli-fonda-biblioteki-otchet-o-rezultatah-samoobsledovaniya-za-2009-2012-gg.html
pokazateli-funkcionalnoj-mobilnosti-vkusovih-sosochkov-yazika.html